Недетские страсти в Балашихе

В распоряжении Блога оказался текст, который отказались печатать СМИ, несмотря на то, что написан он профессиональным журналистом.

Тема - печальная жизнь семьи Рукосуевых. Наверное, нельзя портить общую информационную картину информацией о страданиях людей, живущих в правовом государстве. И сегодня, в День защиты детей, мы рассказываем о том, как их на самом деле защищают. Прошу воспринять это как руководство к масштабному репосту. Поможем #Оксане Рукосуевой.В Железнодорожном (Балашиха) семья из шести из человек, где один из детей лежачий больной живет в нечеловеческих условиях. Доступная среда для мальчика инвалида в доме отсутствует, нет возможности гулять и выезжать из дома в больницу. В 2007 году семья Оксаны Рукосуевой была на 8-м месте в списке льготников, имеющих право на внеочередное улучшение жилищных условий. Прошло десять лет. Балашиха объединилась с Железнодорожным, а вместе с ними и очередь. За месяц до переезда в долгожданную квартиру, администрация района снимает семью со льготной очереди и отбрасывает их в общую на 2546-е место. Два суда мать четырех детей проиграла. Теперь вся надежда Оксаны на постановление Правительства Российской Федерации от 9 июля 2016 года N 649. В документе черным по белому написано, что жилые помещения, не приспособленные для инвалидов - могут быть признаны комиссией непригодными для проживания. В РФ семей, оказавшихся в таких ситуациях очень много, а примеров исполнения этого постановления практически нет. Корреспонденты  разбирались в проблем

СЛОВНО БЕЛКИ НА ДЕРЕВЬЯХ

В малогабаритной однушке общей площадью 30 кв. метров семья Рукосуевых живет и передвигаются строго по расписанию. В комнате 15 кв. метров с трудом помещаются Оксана, ее муж, старшие сын и дочь, и младшие девочки-близняшки.
- У нас все складное, письменный столик, стулья, - говорит Оксана Рукосуева. – Девочки мои, как белочки на веточках играют и учатся на двухъярусных кроватях.
Старший сын Вячеслав от рождения инвалид I группы. Мальчик парализован. У него два диагноза. ДЦП и тяжелое заболевание – «эпилепсия с частыми приступами». В свои 27 лет он выглядит, как ребенок.  Самостоятельно двигаться и питаться не может.  Комната для Славы - это и туалет, столовая, спальня и детская. В таких условиях Оксана умудряется делать с детьми уроки и ухаживать за больным сыном.
- Ходунки и домашнее кресло-коляска не помещаются, поэтому Славочка мало двигается. Гуляет на балконе, сидя в кресле - рассказывает Оксана.
Инвалидная коляска даже в собранном виде в квартире не помещается, стоит на лестничной клетке, пролетом ниже. Чтобы вывести сына на улицу Оксане приходится на руках нести его до кресла, спускать с пятого этажа на первый, а потом поднимать обратно. Коляска вместе с сыном весит 60 кг.  Дом старый пятиэтажный, без лифта. Пандусов нигде нет. Четыре месяца назад Оксана попыталась вывести Славу на улицу и надорвала спину. Теперь и она еле ходит. Дочь Юля в перерывы между работой приходит домой, делает матери уколы, моет Славу.
-  Мне необходимо жить с мамой и помогать ей, - объясняет Юля. -  Сейчас я вынуждена снимать комнату, так как дома я не могу даже переодеться и собраться на работу. – Получается, снимаю жилье, чтобы только переночевать, а лучше бы я эти деньги маме отдавала.
Юля работает в поликлинике. Зарплата у нее максимум 25 тысяч рублей из них 15 тратит на комнату. При этом девушка в свободное время находится дома, помогает маме со Славой и младшими сестрами.
- О том, чтобы пригласить подруг в гости не может быть и речи, - говорит Юля. – Нет ни одного свободного метра, да и Слава живет в своем режиме.
Вообще сложно представить, как Оксана организовала жизнь семьи в таких условиях. Когда больной сын спит, все ходят на цыпочках. Когда девочки спят - Слава бодрствует. Тихо-тихо Оксана включает ему телевизор, ведь это пока единственный его смысл жизни. А с утра члены семьи все делают строго по очереди. При этом Оксана не позволяет себе быть даже угрюмой. Наоборот, старается, как можно чаще радовать своих детей, развлекать и делать им подарки. Оксана добрая женщина с большим сердцем. Несколько лет назад спасла бездомную собаку, потом кошку и оставила их в семье. Вот так вшестером с двумя питомцами они живут и надеются на лучшее.

НАРУШЕНИЯ ИСКАЛИ СЛОВНО КЛАД

В 2007 году Рукосуевы стояли в общей очереди на жилье и были на 900-м месте. В том же году семью перевели на внеочередное улучшение жилищных условий по двум причинам. Во-первых, на каждого члена семьи приходится менее 9 кв. метров. А точнее в единственной комнате в 15-ть кв. метров живет шесть разнополых человек. На каждого, получается, по 2,5 метра. Во-вторых, диагноз Вячеслава ДЦП и «эпилепсия с частыми приступами» входит в перечень тяжелых форм хронических заболеваний, при которых совместное проживание в одной комнате невозможно. В новой очереди Рукосуевы оказались 8-ми. И только через 9 лет в 2015 году они – вторые. Переезд пообещали к зиме 2015 года. Но переехать не получилось, сорвались какие-то сроки, объясняли в администрации. В феврале 2016 года  Оксану заверили, что теперь уже в мае семья отпразднует новоселье. Но вот беда. Примерно за месяц до новоселья Оксану вызвали в жилищный отдел администрации и сообщили, что со льготной очереди ее снимают и возвращают в общую. В жилищном отделе ей показали письмо из министерства строительного комплекса. В документе говорилось, что городские чиновники Железнодорожного, ошиблись, поставив семью вне очереди, и нарушили 57-ю статью Жилищного кодекса РФ. В статье говорится: «право на внеочередное жилье имеют граждане, страдающие тяжелыми формами хронических заболеваний, при которых совместное проживание с ними в одной квартире невозможно, если квартира, в которой они проживают, занята несколькими семьями». По рекомендации, но не по приказу  министерства общественная комиссия по жилищным вопросам при администрации Балашихи исключила Рукосуевых из списка внеочередников. Просто удивляет такая молниеносная  исполнительность чиновников! На протяжении 9 лет, каждый год Оксана получала письма с номером очереди из районной администрации. В комиссию, которая в 2007 году включила семью в список внеочередников, входили председатель комитета по жилищным вопросам, представитель прокуратуры. И на тот момент именно прокуратура проверяла законность льготной очереди.
ЕЩЕ ДАЛЬШЕ, ЕЩЕ ДОЛЬШЕ

В результате объединения Железнодорожного с Балашихой очереди тоже объединились. Если в 2007 году Рукосуевы были на 900-м месте, то сейчас они 2546-е. Возникают вопросы. Почему льготники на восьмом месте не получили жилье сразу, и только через 9 лет и стали вторыми? Почему в течении 9 лет, ежегодная проверка документов не выявляла нарушений и кто за это понесет ответственность? Почему льготникам в период с 2008 года по 2015 год Администрацией городского округа Железнодорожный/Балашиха было выделено всего 7 квартир? Где теперь квартира предназначавшаяся Рукосуевым? И хватит ли у людей здоровья, сил и целой жизни, чтобы с такими темпами дождаться квартиры, будучи на 2546 месте?


- В администрации нам отвечают всегда одно и то же, что льготное жилье нам не полагается, и мы должны ожидать в порядке общей очереди, - вздыхает Оксана.

- Чиновник существует не для того, чтобы говорить «нет», «нельзя», «не положено», а чтобы найти законный путь и оказать помощь семье, - говорит Александр Лысенко, научный руководитель и председатель правления Национального центра по проблемам инвалидности, эксперт ОНФ по делам инвалидов. - А здесь мы сталкиваемся с элементарной человеческой черствостью, которая просто переложена на чиновничий язык.
                                                             
Но нарушения были, как раз со стороны администрации. Сама формулировка «внеочередное улучшение жилищных условий» говорит о том, что органы местного самоуправления, должны были предоставить квартиру без очереди.

- Статья №57 жилищного кодекса Российской Федерации не регламентирует постановку в очередь, а непосредственно, предписывает жилое помещение вне очереди, - объясняет ………….. адвокат. Решение предоставить жилое помещение, как льготной категории граждан судом не было признано недействительным, а значит, подлежало исполнению с момента его принятия. Не предоставление жилого помещения семье говорит о незаконности действий со стороны органов местного самоуправления. 

Получается за чужую ошибку отвечает и без того несчастная семья.
НЕ ДОСТУПНАЯ СРЕДА
            
Пока чиновники отнекивались от ответственности, используя бюрократические приемы, Оксана на последние деньги наняла адвоката. Ей посоветовали обратиться в городской суд с заявлением признать старшую дочь второй семьей. За время ожидания очереди, сыну Славе исполнилось 27 лет, а дочери Юле-23 года.  Ни у кого и  сомнений не было, что суд примет решение в пользу Рукосуевых. Однако и здесь матери четырех детей не повезло. Городской суд не удовлетворил ее просьбу. Оксана обратилась за помощью в СМИ. Написали, сняли сюжет. Начались возмущения депутатов, обещания омбудсменов, советы адвокатов. Месяц, два, а потом тишина.  Оксана подала на апелляцию. Областной суд, также  не признал старшую дочь второй семьей.

- Логично спросить в этом случае у чиновников, что раз эта семья признана неделимой, в которой есть инвалид, то почему они не дают квартиру, причем не отдельно инвалиду, а всей семье? – говорит Александр Лысенко. - Конечно, здесь администрация нашла формальную отговорку и поставила эту семью в огромную очередь, хотя одну очередь они уже отстояли.

В кассационный суд Оксана не смогла обратиться. Денег на адвокатов у нее нет, а бесплатно помочь никто не берется. Бедная женщина пишет письма, президенту, губернатору. В ответ  приходят отписки, что проблему ее переадресовали в районную администрацию. Руки женщина не опускает, обращается в разные общественные организации, ходит на все консультации и встречи. И не зря. В ОНФ Оксана узнала, что ее сын имеет право на приспособленное для инвалида жилье и доступную среду. В своих «не желаниях» помочь семье чиновники или не хотели знать или не обратили внимания на постановление  правительства Российской Федерации №47 от 28 января 2006 года.  В пункте 54 в редакции, введенной в действие с 27 июля 2016 года постановлением Правительства Российской Федерации от 9 июля 2016 года N 649 говорится:

«Отдельные занимаемые инвалидами жилые помещения (комната, квартира) могут быть признаны комиссией непригодными для проживания граждан и членов их семей на основании заключения об отсутствии возможности приспособления жилого помещения инвалида и общего имущества в многоквартирном доме, в котором проживает инвалид, с учетом потребностей инвалида и обеспечения условий их доступности для инвалида, вынесенного в соответствии с пунктом 20 Правил обеспечения условий доступности для инвалидов жилых помещений и общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 9 июля 2016 года N 649 "О мерах по приспособлению жилых помещений и общего имущества в многоквартирном доме с учетом потребностей инвалидов"

Для того чтобы жилье признали не пригодным для жизни инвалида, а также что адаптировать дом и территорию невозможно, а значит единственный вариант это смена жилья - необходимо провести комиссию. Оксана сразу же сделала паспорт доступности. Комиссия, куда вошли представители общественных объединений инвалидов, представители соцзащиты и сотрудники управляющей компании  определили, что доступной среды для мальчика-инвалида нет. А дальше тишина. Возможно для семьи Рукосуевых это постановление последняя надежда. Но и здесь оказывается, не все так просто. Практика  исполнения этого пункта у нас практически отсутствует.    

- Постановление сегодня работает не в полной мере, потому что не определены источники финансирования, объясняет Александр Лысенко, научный руководитель и председатель правления Национального центра по проблемам инвалидности, эксперт ОНФ по делам инвалидности. - Все зависит от региона. Например, в Москве в год около 200 квартир в год адаптируется за счет средств города. Но это Москва, у которой есть средства. Да и что такое 200 квартир для Москвы, где проживает более 1 миллиона  инвалидов? В других субъектах все еще сложнее, особенно, если речь идет о субъекте дотационном, потому что в этом случае все средства, выделяемые на адаптацию в регионе, должны согласовываться с Минфином. 
Текст:
Анна Южакова,
фото из личного архива Оксаны Рукосуевой.